Лицом к лицу с ребенком

Собственно, можно сказать, что депривация – это лишение человека чего-то сущностно ему необходимого, обязательно влекущее за собой некое искажение (разрушение или опустошение) жизни данного человека. Круг явлений, подпадающих под понятие депривации, достаточно широк. Так, психология традиционно рассматривает разные виды деприваций, отмечая при этом различные формы их протекания – явную и скрытую (частичную). Существует пищевая, двигательная, сенсорная, социальная, эмоциональная и многие другие виды деприваций. В жизни, безусловно, разные виды деприваций сложно переплетаются. Каждый раз важно, кто претерпевает депривацию (возраст, пол, актуальное состояние, актуальная жизненная ситуация, биографический «багаж» человека, его общая психофизиологическая устойчивость и т.д.), а также свойства (сила, длительность, жесткость) самого депривационного события, какого уровня (соматического, психического или психологического) коснутся  разрушительные последствия того или иного вида депривации, в какой мере эти последствия могут охватывать всю шкалу психических отклонений: от легких особенностей реагирования до грубых нарушений развития интеллекта и всего склада личности, а также целого спектра соматических изменений;  будут ли следствия депривации реактивными или же отставленными по времени (возможно через несколько лет). Абсолютно понятно, что  депривации, переживаемые в детском возрасте, оказывают наиболее мощное патогенное действие на личность.

Детство – особый, наиболее тонкий и хрупкий период, когда формируется в некотором смысле «ткань» всей последующей жизни человека. И поэтому бесконечно значимым становится все, что происходит и как происходит.  Мы никогда не знаем, с каким запасом сил приходит в жизнь ребенок, но должны знать, что любая депривация наносит ему ущерб, что любая депривация – это трата жизненных сил. Мы должны хорошо понимать, что вся последующая взрослая жизнь нашего ребенка будет нести на себе следы детских деприваций.

Ребенок – крайне несвободное существо. Он приходит в мир, который представлен для него его родителями, его семьей. И именно семья становится тем пространством, которое может, отчасти, уже в самом себе содержать депривационные для ребенка риски или, наоборот, становится тем пространством, которое сможет смягчать и компенсировать существующие и случающиеся депривации, или, напротив, будет их усиливать, утяжелять и удлинять, а то и вовсе – порождать и множить. Перенесший депривацию ребенок испытывает состояние, которое можно сравнить с тем, что испытывает человек, стоящий на краю отвесной скалы, когда его внезапно что-то толкает. Падение!  Подхватят ли, спасут ли? Быть может, все обойдется благополучно. Но мгновений такого полета достаточно, чтобы ощутить нечто ужасное. И именно такого рода опыт переживания  - ужаса в полном одиночестве, получает ребенок с особенной силой в ситуациях материнской депривации, которую иначе можно было бы назвать потерей любви… (далее ознакомиться с последствиями деприваций для детей и взрослых и другие аспекты этой темы можно на семинарах «Школа для мам» психолога общества).